Информация, оборудование, промышленность
Комплексные поставки промышленного оборудования и комплектующих
Полное таможенное сопровождение и доставка оборудования
Профессиональный подбор оборудования или замена на аналоги

Есть ли строгие законы у полнокровного, эвристического мышления людей? II

Есть ли строгие законы у полнокровного, эвристического мышления людей? II

Нет, в данном случае такая аналогия не проходит. Прежде всего потому, что эволюционная гносеология, располагающая строгими законами эвристического познания, ни коим образом не претен­дует на роль исчерпывающей теории эвристического мышления. Она следует духу интеллектуального аскетизма, характер­ному для теоретизированной науки последних трёх веков. Точнее говоря, она умеет довольствоваться феноменологическим уровнем своихконцепций эвристического мышления.

В этой связи уместна аналогия с той же термодинамикой, но со­всем другая аналогия. В 1807-1822 гг. Ж.-Б. Фурье построил свою классическую теорию теплопроводности веществ. Её основной закон ставит интенсивность перетекания тепла (тепловой поток) в прямую зависимость от разности температур через коэффициент теплопро­водности - свой у каждого конкретного вещества. Лишь к 30-м гг. XX в. наука смогла объяснить величины этого коэффициента у конкрет­ных веществ. Но для этого пришлось создать не более и не менее, как квантовую теорию металлов и диэлектриков. Тем не менее, тео­рия Фурье успешно работала в теплофизике и теплотехнике XIX в., вполне довольствуясь взятыми из опыта значениями коэффициентов теплопроводности и нисколько не страдая от теоретической необъяснённости соответствующих величин.

Вообще, для теоретической науки характерно то, что в ней деся­тилетиями довольствуются пониманием того, какдействуют вновь открытые законы, не умея объяснить того, почемуони так дейст­вуют. Здесь образец не века дал сам И. Ньютон. Когда философст­вующие современники задавали ему вопрос, почему имеет место по­стулированный им закон всемирного тяготения, он парировал его словами: «Я гипотез не измышляю». И в этом он оказался гениально прав, ибо время поисков ответа на этот вопрос реально пришло лишь во второй половине XX века - на пути многотрудного объеди­нения квантовой механики с релятивистской теорией гравитации. С полным правом ньютоновской формулой мог бы отвечать Д. И, Мен­делеев, если бы ему в 70-х гг. XIX века задавали вопрос о причинах, в силу которых имеет место открытый им периодический закон. В связи с последним полезно знать также, что менделеевский закон вплоть до1919 г. не мог объяснить опытно данное отклонение ато­мных весов десятков элементов от целочисленных значений. Эти опытные факты десятилетиями противоречили основе основ хими­ческой атомистики XIX века - дальтоновскому постулату о целочис­ленности атомных весов. Только экспериментальное открытие пер­вых изотопов методом масс-спектроскопии устранило это противо­речие.

Таким образом, феноменологизм теорий научного качества позво­ляет им игнорировать даже многие противоречащие достоверные опытные факты, если они объективно адресуются более глубоким теориям последующих эпох. Понимание того, какдействует вновь открытый закон, само по себе является огромным достижением науки. Оно позволяет систематизировать огромные массивы опытны знаний, эффективно решать сотни и тысячи частных теоретических и практических задач. По поводу этих достижений феноменологических теорий образно и точно высказался О. Хэвисайд - один из за­мечательных физиков-теоретиков: «Стану ли я отказываться от обеда только потому, что не до конца понимаю процесс пищеварения?».

Всё отмеченное в полной мере характерно и для отношения coвременной эволюционной гносеологии к открытым проблемам и тайнам эвристического мышления. Её законы отражают лишь качественно разные формы информационного взаимодействия человеческого сознания с вновь познаваемым объектом!Для этого приходится принимать к сведению значительно больше особенностей невербального человеческого мышления, чем в формальной логике. Но речь опять-таки идёт не более чем о фено- менологическом принятии к сведению, а вовсе не о том, чтобы объяснять эти особенности.

В целом, эволюционная гносеология остаётся в рамках систематического интереса к тому, как взаимодействуют абстрактность и конкретность вербального человеческого мыш ления. Только рассматривает она это взаимодействие в полном объеме познавательных циклов с их качественно разными фазами.

В общем, законы эволюционной гносеологии безо всякого, словесного каламбура можно назвать строгими законами нестрого мышления.

Чёткое осознание ряда законов эвристического мышления не дает никаких чудодейственных «алгоритмов открытия». Вместе с тем, широкая и эффективная учебная популяризация этих законов способна существенно поднять общий интеллектуальный потенциал современной культуры.

Последнее замечание - по поводу общественно-исторической природы человеческой познавательной деятельности.

В настоящее время в науке логики актуально преодоление стойких иллюзий относительно возможностей формальной логики. Последняя сильна не сама по себе. Напротив, сама по себе она весьма несовершенна и немощна. Подчас она представляется даже убогой на фоне результативности профессиональной или творческой интуиции. Только благодаря тому, что из эпохи в эпоху в языково-noнятийном поле общества осуществляется обобщение, «свёртка», компактизация опытных знаний о мире, формальная логика выступает в роли эффективного инструмента человеческого мышления. Своей силой она обязана исключительно этому непрерывному сверхсложному, поступательному общественно-историчес­кому процессу длительностью во много тысячелетий.

Одна лишь история письменной культуры человечества насчиты­вает около 6 тысяч лет, хотя изобретение письменности было не на­чалом этого общественно-исторического процесса, а его радикаль­нейшей трансформацией, не имеющей аналогов даже в XX веке с его электронно-компьютерной революцией. Однако в формальной логике эта общественно-историческая природа мышления отходит на задние планы. И это естественно, ибо формальная логика инте­ресуется функционированием сложившихся, зрелых форм знания, а человеческому мышлению вообще свойственно забывать о пути, по которому оно к ним приходит.

В эволюционной гносеологии общественно-историческая природа человеческих знаний и познавательной деятельности выдвигается на первый план. И это тоже естественно, поскольку наука логики при этом прослеживает весь путь становления и созревания человеческих знаний - будь то познание сравнительно простых и быстро осваиваемых объектов или познание особо сложных объек­тов, осуществляемое усилиями людей нескольких поколений и даже исторических эпох.